Рабочий жетон

На площадку городской артели Тэ Хён пришёл за десять минут до начала смены.

Керн счёл это излишним. По местным правилам рабочий считался прибывшим вовремя, если успевал переступить ворота до второго удара колокола.

— После второго? — уточнил Тэ Хён.

— После второго он считается опоздавшим.

— Тогда десять минут не лишние.

Керн посмотрел на пустой двор, где ночной сторож только начинал открывать склады, и больше не спорил.

Артель занимала бывший караванный двор в Среднем городе. Вдоль стен стояли телеги с камнем, деревянные фермы, подъёмные блоки и ящики с магическими креплениями. На навесах сушились серые рабочие куртки. В центре возвышался кран: короткая башня из чёрного дерева, внутри которой вместо двигателя вращался световой кристалл.

Тэ Хён первым делом осмотрел канат.

На нём было три соединительных узла, два вида защитной пропитки и ни одной метки о предельной нагрузке.

— Не начинайте, — сказал Керн.

— Я ничего не сказал.

— Именно поэтому я понял.

К воротам начали подходить рабочие. Большинство уже видело Тэ Хёна издалека, но вблизи он оказался выше, чем ожидалось. Разговоры затихали по мере того, как люди замечали синюю печать короны на его пропуске.

Некоторые кивали. Другие отворачивались.

Седой демон с четырьмя короткими рогами прошёл мимо печати и остановился перед руками Тэ Хёна. Осмотрел ладони, остаточные ожоги и старые мозоли, которые ритуал почему-то сохранил вместе с памятью о работе.

— Гарн Мейр, — представился он. — Старший мастер седьмой артели.

— Кан Тэ Хён.

— Это я знаю. Весь город знает. Работать умеешь?

— Да.

— Здесь или вообще?

— Вообще.

Гарн указал на двор.

— Здесь пока не умеешь.

Он не говорил грубо. Просто установил границу между прошлым опытом и новым местом.

Тэ Хён с ней согласился.

На складе ему выдали куртку, плотные брюки, перчатки и защитный шлем. Куртка имела прорези для крыльев, хвоста и двух дополнительных пар рук. Всё лишнее затягивалось шнурами.

Шлем оказался сложнее.

На складе хранились модели для прямых рогов, загнутых рогов, боковых гребней, чувствительных ушных пластин и небольших крыльев на висках. Обычного гладкого шлема не было.

Кладовщик выбрал самый глубокий и вставил в отверстия для рогов две пробковые заглушки.

Тэ Хён надел его. Заглушки торчали вверх.

Молодой посыльный с маленькими чёрными рожками смотрел на них так долго, что налетел на стопку корзин.

Гарн поднял одну корзину и передал ему.

— Лио, если закончил изучать нового работника, отнеси это каменщикам.

— Я не изучал.

— Тогда результат тем более слабый.

Лио ушёл, оглядываясь.

Гарн подвёл Тэ Хёна к столу регистрации. Печать короны позволяла сразу выдать допуск технического специалиста. Старший мастер отодвинул готовый жетон.

— Сначала смена.

— Регент разрешил ему осмотр городской сети, — напомнил Керн.

— Регент не принимает у меня леса.

Гарн показал Тэ Хёну три задания: собрать временную стойку, проверить грузовую строповку и переложить участок водоотводного канала. Пользоваться «Бронеконтуром» запрещалось. Саэль должен был присоединиться позже и контролировать любые магические воздействия.

Тэ Хён начал со стойки.

Местные соединения отличались от земных. Вместо болтов использовали металлические скобы с рунами памяти. При нагреве скоба раскрывалась, охватывала дерево и возвращалась к первоначальной форме. Плотник показал одно соединение.

Тэ Хён повторил.

Первая скоба легла неровно. Он снял её, не пытаясь скрыть ошибку, и попросил показать правильный угол нагрева. Вторая встала на место.

Через час стойка была собрана.

Гарн проверил каждый узел молотком, затем попросил разобрать половину.

— Почему?

— Хочу увидеть, умеешь ли ты снимать временное так же аккуратно, как ставить.

На Земле Тэ Хён увольнял людей, которые считали демонтаж работой для менее квалифицированной бригады.

Он разобрал стойку.

Следующей была строповка. Каменный блок имел шесть выступов и смещённый центр тяжести. Двое рабочих предложили поднять его за верхние петли. Тэ Хён попросил лом, нашёл точку равновесия и переставил боковую петлю.

— Поднимали так раньше? — спросил он.

— Три раза, — ответил один рабочий.

— Раскачивался?

— Каждый раз.

— Почему не изменили схему?

Рабочий пожал плечами.

— До сих пор никого не задело.

Тэ Хён посмотрел на него.

Рабочий сам переставил вторую петлю.

При подъёме блок не качнулся.

После третьего задания Гарн принёс готовый жетон. На одной стороне был выбит номер артели, на другой оставалось пустое поле.

— Имя.

Писарь уже приготовил «Кан Тэ Хён, независимый представитель при короне».

— Только Кан Тэ Хён, — сказал он.

Имя заняло одну строку.

Гарн протянул жетон.

— Теперь здесь умеешь немного.

До выхода на первый объект оставалось полчаса. Рабочие сели завтракать прямо во дворе артели.

Вдоль стены стояли три стола. Один был обычным, второй имел вырезы для сложенных крыльев, третий представлял собой низкую каменную плиту для людей, которым удобнее было сидеть на корточках. Никто не распределял места по происхождению: каждый выбирал подходящую мебель.

Тэ Хёну принесли деревянный ящик.

Он проверил крышку, перевернул и сел.

Ящик выдержал.

Рабочие, наблюдавшие за этим с безопасного расстояния, вернулись к еде.

Завтрак состоял из густой каши, жареных кореньев и маленьких красных стручков. После лепёшки Южного квартала Тэ Хён относился к местному красному цвету с подозрением. Он попробовал один стручок отдельно.

Оказалось сладко.

Лио, сидевший напротив, перестал ждать реакции.

— Вы думали, будет остро?

— Да.

— Острые зелёные.

Керн взял зелёный стручок и съел целиком. Тэ Хён решил, что проверка не является обязательной частью знакомства с культурой.

За столом не расспрашивали его о Земле сразу. Людей интересовало другое: действительно ли небоскрёбы строят без магии, сколько рабочих находится на одном объекте и почему земные краны не падают при сильном ветре.

Последний вопрос Тэ Хён исправил.

— Падают.

Разговор стих.

Он объяснил про расчёт ветровой нагрузки, ограничения, обслуживание и ошибки. Рабочим понравилось, что другой мир не оказался местом, где все конструкции идеальны. Плотник с широкими перепончатыми ладонями рассказал о мосте, который трижды ремонтировали по одному проекту и трижды получали ту же трещину.

— На четвёртый заменили мастера? — спросил Тэ Хён.

— Реку.

Русло отвели на двадцать шагов. Мост остался памятником прежнему проекту и теперь соединял два сухих берега.

За соседним столом засмеялись. Не над глупым решением: история была старой, и артель рассказывала её каждому новому работнику как напоминание, что можно идеально выполнить ненужную задачу.

Гарн поставил перед Тэ Хёном кружку тёмного отвара.

— Рабочий жетон даёт право на еду, инструменты и место в общей лечебной кассе.

— Даже временному специалисту?

— Если платите взнос.

Ведомство короны уже назначило Тэ Хёну содержание. Он мог пользоваться дворцовой лечебницей бесплатно. Взнос артели был ему не нужен.

Он всё равно положил на стол требуемую медную пластину.

На Земле люди, работавшие рядом, часто собирали деньги после травмы быстрее, чем компания оформляла компенсацию. Здесь касса существовала официально, потому что артели не верили, что дворец вспомнит обо всех.

Гарн сдвинул пластину к писарю.

— Теперь, если сломаете себе что-нибудь на моей площадке, будете лечиться за собственные деньги вместе со всеми.

Тэ Хён понял, что его приняли не как героя, а как дополнительную статью риска.

Это было честнее.

Первым объектом стал дом возле старого восточного рынка.

Аркхайн раскрывался перед Тэ Хёном не как столица демонов, а как несколько городов, построенных друг поверх друга.

Верхние улицы соединяли широкие мосты. Там передвигались дворцовые экипажи, работали зачарованные фонтаны и продавались ткани, менявшие цвет в зависимости от освещения. Ниже располагались мастерские. Кузнецы отбивали ритм большими молотами, а хор учеников поддерживал заклинание нагрева протяжными низкими нотами. В переулках торговали жареными кореньями, чернильными моллюсками и тонкими пластинами сладкой смолы.

Лио бежал впереди телеги и расчищал путь колокольчиком.

— Господин Кан, — начал он, когда Гарн отошёл к поставщику. — Это правда, что вы можете разбить любую магию?

— Нет.

— Но вы разрушили военную клятву.

— Я понял, на чём она держалась.

— А городской барьер?

— Почти разрушил меня.

Лио задумался.

— А меч у вас будет?

— Тренировочный есть.

— Он горит?

— Если загорится деревянный меч, занятие остановят.

Ответ окончательно разочаровал посыльного.

У рынка артель восстанавливала галерею, соединявшую два дома. Во время обрушения барьера её закрыли, потому что одна опора сдвинулась. Жильцам приходилось спускаться на пять этажей, пересекать улицу и подниматься по другой лестнице.

Для молодых крылатых жителей это было неудобством. Для стариков и бескрылых — преградой.

Тэ Хён осмотрел опору без дара. Камень треснул вокруг металлического крепления. Сверху уже поставили временную стойку, но она опиралась на декоративную плиту.

— Эта подпорка долго стояла? — спросил он.

— Девять дней, — ответил Гарн.

— Плита пустотелая.

— Знаю.

— Тогда почему…

Гарн указал вниз.

Под галереей проходила торговая улица. Правильная стойка перекрыла бы три лавки. Владельцы согласились освободить проход только сегодня, после решения городского суда о компенсации.

— Конструкция не всегда держится на камне, — сказал Гарн. — Иногда на разрешении торговца потерять доход.

Тэ Хён достал из кармана рабочий жетон.

На Земле он решал похожие задачи с управляющими, заказчиками и сроками. Мир изменился. Причины, по которым временные опоры оставались дольше положенного, изменились меньше.

До полудня они разгрузили галерею. Саэль подключил измерительные пластины, и Тэ Хён впервые после лечения осторожно открыл «Бронеконтур».

Линии появились не сразу.

Он уже понимал устройство опоры, видел крепления и знал, куда уходил вес. Только тогда трещины засветились бледно-голубым.

Главная нагрузка приходилась не на повреждённый камень. Её принимал соседний дом, к которому галерею пристроили позже. Внутри стены проходила тёмная магическая жила.

— Здесь есть городской канал?

Саэль сверился с современной схемой.

— Нет.

Гарн принёс старый план здания.

На нём канала тоже не было.

Тэ Хён убрал руку. Боли не возникло.

— Линия уходит вниз.

Саэль поставил отметку на карте.

Это была уже третья неизвестная ветвь после старого акведука и закрытой линии под дворцом.

До конца разрешённой смены оставался час. Гарн не позволил потратить его на изучение неизвестной линии.

Сначала нужно было закончить галерею.

Рабочие поставили правильную стойку, сняли нагрузку с повреждённой опоры и заменили крепление. Тэ Хён работал вместе с плотником, который рассказывал про мост без реки. Местные скобы требовали иной последовательности: сперва руна памяти, затем нагрев и только после этого физическое усилие.

Один раз Тэ Хён поторопился. Скоба вернулась в исходную форму раньше времени и согнула ему клещи.

Плотник выдал новые без комментариев.

Тэ Хён положил испорченные отдельно и записал их стоимость.

Когда временную стойку убрали, галерею сначала проверили мешками с песком. Только потом пустили жильцов. Первой прошла пожилая крылатая женщина. Её левое крыло не раскрывалось после старой травмы, поэтому пять этажей по лестнице занимали почти час.

Она остановилась возле Тэ Хёна.

— Вы тот человек из дворца?

— Да.

— Галерею теперь заберут для военных?

Тэ Хён не сразу понял вопрос.

После ремонта за счёт короны некоторые здания переводили под нужды армии. Жители боялись, что помощь станет основанием отнять удобный переход.

Гарн показал женщине рабочее распоряжение. В нём стояло: «восстановление городского пути общего пользования». Назначение нельзя было изменить без нового решения суда.

Женщина прочитала дважды и только потом перешла на соседнюю сторону.

Тэ Хён видел, что обычный ремонт возвращал не только камень. Люди проверяли, какое обязательство скрывалось внутри каждой услуги.

Поэтому одного хорошо поставленного крепления иногда было недостаточно.

Смену закончили после заката.

Гарн не разрешил Тэ Хёну остаться дольше четырёх часов, хотя сам продолжал работать. Предписание лекаря он прочитал ещё до прихода героя.

Керн повёл Тэ Хёна через восточный рынок. На вечерних прилавках зажигались зелёные лампы. Рабочие покупали горячую еду, владельцы мастерских закрывали ставни, над площадью выступали уличные музыканты.

Лио снова появился рядом.

— Господин Кан.

— Что?

Подросток протянул ему маленькую деревянную фигурку. Она изображала широкого человека с огромным мечом и двумя пробковыми рогами на шлеме.

— На рынке уже продают, — сообщил Керн.

Тэ Хён вспомнил мальчика, который считал, что настоящие герои обязаны сиять.

— Быстро.

— Моя тётя вырезает игрушки, — признался Лио. — Я рассказал про шлем.

— Доля мне всё-таки положена, — сказал Керн.

Лио прижал фигурку к груди.

— Я отдал первую бесплатно.

Керн не стал объяснять подростку устройство авторских выплат. Тэ Хён положил фигурку в карман рядом с рабочим жетоном.

Возле дворца их догнал посыльный седьмой артели.

Гарн передавал, что в квартале переселенцев просела стена жилого дома. Первичная проверка давала два дня до эвакуации, но старший мастер просил прийти утром.

К записке прилагался обломок кладки.

По его внутренней стороне проходила тонкая чёрная линия.

Тэ Хён посмотрел на неё.

Линия уже расширялась.